«В школе меня били палкой». Поговорили с удивительным ангольцем из «Уфы» Касинтурой: попал в РПЛ из мини-футбола

«Скоро волейболистов начнем брать. Я же говорю, что у нас денег нет. Вы не понимаете? Мы не то что купить, а даже на зарплату взять кого-то не можем», — возмущался на днях Шамиль Газизов. Мини-футболиста в «Уфу» Газизов уже подписал: Эгаш Касинтура два последние года действительно играл в мини-футбол за сыктывкарскую «Новую генерацию» — а этим летом вышел в матчах с ЦСКА и (на целый тайм!) с «Динамо».

На родине в Анголе Эгаш гонял мяч в носках на песке и не думал о карьере в спорте. Потом махнул на учебу в Краснодар, оттуда он, простой студент, заслужил приглашение в Коми — играть в футзал — а теперь покоряет РПЛ. Корреспондент Sport24 Александр Сергеев поговорил с Касинтурой и его мини-футбольным тренером и узнал:

• как он рос в семье из девяти детей и как вообще угодил в российский вуз;

• почему удивляется необразованности русских людей и есть ли у нас расизм;

• чем его шокировала краснодарская общага и как переживал суровые зимы на севере России;

• как он уделывал всех в футзале и с чем столкнулся при переходе в большой футбол

• за какой клуб он готов играть бесплатно и куда хочет перейти в РПЛ.

И да: интервью Касинтура давал на чистом русском языке. Им Эгаш поражал всех еще в Сыктывкаре. «Удивило не только умение разговаривать, а строить какие-то деепричастные обороты, — вспомнил в разговоре со Sport24 пресс-атташе „Новой генерации“ Роман Усов. — Обычно с иностранцами сложно общаться. Здесь же человек не просто свободно говорит, а использует неординарные конструкции».

«В Краснодаре думал: куда я попал? Общежитие старое, много тараканов и клопов»

— Где ты начинал в Анголе?

— Сперва на улице, на песке — там играет кто в бутсах, кто в кроссовках, а обычно просто надевали носки. Лет с семи-восьми я занимался мини-футболом. Конечно, не на паркете: площадка была с покрытием вроде щебня. Я бы не сказал, что это хорошие условия. В 2011-м я перешел в большой футбол. Команда из моего города Намибе выступала в чемпионате Анголы — у нее как раз появилась молодежка. Там я поиграл до 16 лет и вернулся в мини — во взрослую команду.

— Брайан Идову рассказывал, что его в школе били палкой.

— Да, такое было. Если домашнее задание не сделал или тебя спросили, а ты не знаешь ответ, то могли ударить. Или когда шумишь на уроке, с кем-то разговариваешь, так наказывали. И мне доставалось.

Сейчас, наверное, уже нет такого — все-таки глобализация идет, много чего поменялось.

— Как проходила учеба?

— Я очень рано пошел в школу — в четыре года, раньше так можно было. В моей семье девять детей, и всегда была возможность помочь с домашним заданием, если я что-то не понимал.

После 9 класса в Анголе нужно выбрать направление, где хочешь учиться, и я пошел на информатику. Дальше если ты заканчиваешь школу с хорошими оценками, можешь подать документы на обучение за рубежом — и я выбрал нефтегазовое дело. Футбол для меня не был какой-то мечтой, просто любил играть.

— Почему ты поехал именно в Россию?

— Это государство распределяло, куда меня отправить. Я только выбирал специальность. Я попал в Кубанский институт нефти, газа и энергетики.

— Первое впечатление от России?

— В Краснодар со мной летело семь человек — через Дубай и Москву. Ноябрь, и на пересадке в Москве было холодно. А мы в легких куртках, кофтах — когда вышли из самолета, были в шоке!

В Краснодаре первые полтора-два года шли тяжело. Условия — ужасные. Думал: куда я попал? Здание общежития было очень старое. Тараканов много, клопов. Общая кухня, туалеты, скажем так, не в порядке. Парни еще могут там выжить, а для девушек — кошмар.

— Не хотелось обратно?

— Конечно, хотелось, ха-ха! Но я все-таки сам сделал выбор. Приехал сюда, чтобы получить образование.

— У тебя отличный русский. Что было самым сложным при изучении?

— До сих пор многое понимаю, но говорить сложно. С первых дней в Краснодаре я ходил на подготовительный курс для иностранцев — он длился учебный год. Начали с алфавита, чтения. Мне было трудно: буквы другие, произношение.

Да и в русском одно слово может обозначать разные вещи. Это сильно путает. Со временем я стал побольше слушать радио, читать, смотреть что-то, хотя ничего не понимал.

— Как давалась учеба в Краснодаре?

— Первое время сложно — именно из-за языкового барьера. Ну а сама система российского образования несложная. Я своим одногруппникам говорил: если бы я тут получал образование на португальском языке, я бы никогда не приходил в университет, приезжал бы только сдавать экзамены.

Первые пару месяцев были самыми сложными. Я почти каждый день общался с семьей по телефону — три-четыре часа в день. Только сейчас привык к жизни порознь — близкие знают, что у меня все хорошо, я тоже стал намного спокойнее. Дома последний раз был года четыре назад. Планировал вырваться в прошлом, но отложил из-за пандемии. В этом — из-за перехода в большой футбол.

«В России удивлялся, почему люди на меня так смотрят. Мало знают историю, географию»

— Ты сталкивался с резкой реакцией на тебя как темнокожего?

— До сих пор так реагируют, но я уже привык. Когда маленькие дети это делают — ясно, что они никогда такого не видели, это даже смешно. А когда взрослый человек — иногда не понимаю, почему.

Некоторые говорят что-то неприятное, но я уже не обращаю внимания. А поначалу не то, чтобы обижался, но удивлялся, почему на меня так смотрят. Потом начал привыкать.

— Как думаешь, это расизм?

— Не вижу это как расизм. Зависит от человека, менталитета. В России мало знают историю, географию. Люди разные, у кого-то кожа темнее, кто-то живет на другом континенте. В России почему-то не все в курсе — очень странно. Думаю, зависит от образования, воспитания.

— Не сталкивался с оскорблениями именно на расовой почве?

— Не знаю. Возможно, в игре кто-то говорил что-то неприятное. В жизни — никогда.

Я в России уже шесть лет и не сказал бы, что тут именно расизм. Люди просто не осознают, почему мы все разные, и реагируют так, будто первый раз в жизни видят [темнокожего]. Вот этого я не понимаю.

Есть и хорошие, адекватные люди. Когда им что-то интересно [о моем происхождении], спрашивают — и не потому, что хотят поиздеваться: им реально интересно. Раньше спросить некого было.

«В Норильске было достаточно одного дня, чтобы почувствовать: Сыктывкар — рай»

Sport24 связался с Вадимом Яшиным, главным тренером «Новой генерации»: «Новой генерации» Эгаша порекомендовал наш хороший знакомый, который живет в Краснодаре. Касинтура провел у нас пару тренировок, и мы, не раздумывая, заключили контракт. Эгаш выделялся своеобразной техникой, пластичностью, чувство мяча у него уникальное.

У нас он развил оборонительные навыки. В мини-футболе он, мне кажется, перекусал всех «столбов» в мире. И с нашими, и с испанцами, и с бразильцами справился, редко когда в чем-то проигрывал. За счет пластики и координации он всех опережает. Ну и хорошо разгонял атаки. Единственная проблема — реализация, но единицы могут штамповать голы.

Эгаш координированный, быстрый. Главное — в мини-футболе работать с мячом и принимать решения нужно на порядок быстрее, чем в большом. Вот сейчас с Эгашем разговаривал, он отмечает, что основная проблема у него в «Уфе» — это объем работы, он колоссален. Думал, что функционалки из мини-футбола будет достаточно — но говорит, что пока не хватает, и очень сильно.

Многие иностранцы приезжают и двух слов по-русски связать не могут даже по прошествии времени. А Эгаш — умный парень, порядочный, с головой. И никогда у него с ребятами в команде никаких проблем не было. Мы в нем иностранца даже не видели.

У нас Касинтура провел два года. Наверное, ему надо было расти дальше. У него были предложения из мини-футбольных клубов посерьезнее. Но большим футболом он с детства бредит — мини для него был элементом случайности».

— В Краснодаре я играл на любительском уровне — и в мини-футбол, и 8 на 8, и 11 на 11, — продолжает Касинтура. — В 2019 году мы со сборной университета по мини-футболу поехали в Москву на турнир Ассоциации мини-футбола России и ярко выступили: заняли второе место, а я стал лучшим бомбардиром. После этого тренер «Тюмени», который тогда возглавлял дубль, взял мои контакты. Хотел, чтобы я поехал к ним на просмотр, но не сложилось. В итоге мой друг (сам родом из Сыктывкара) через знакомых посоветовал меня в «Новую генерацию».

— Какие впечатления были от погоды в Республике Коми?

— Прилетел в конце июня, а вот через два-три месяца начались морозы, и стало действительно очень тяжело. В первый год после тренировок я все время сидел дома, потому что на улице было минус 30. При первой возможности уезжал к друзьям в Краснодар — там потеплее. Мотался туда еще и сдавать экзамены — учился на заочном. На второй год я получше узнал Сыктывкар, появились друзья — стало попроще.

Разница с Краснодаром большая. Мой друг из Новороссийска, вратарь Альберт Агаджанов, тоже приехал в Сыктывкар и первые два дня говорил: «Я будто попал в советское время». Есть чувство, что другая страна.

— Для тебя в России было что-то хуже, чем в Африке?

— Сыктывкар хуже, чем город, где я родился, ахах.

— В Суперлиге есть выезды в Норильск, Ханты-Мансийск — там температура бывает ниже, чем в Сыктывкаре. Как ты это переносил?

— К счастью, зимой я всего лишь один раз летал в Норильск — в первый год в «Новой генерации». Там одного дня было достаточно, чтобы почувствовать: Сыктывкар — это рай, ха-ха. Хотелось побыстрее оттуда уехать — воздух грязный, заводы, все время темно. Город такой, что жить никак. Еще и минус 30. Надевал ботинки, колготки, штаны, куртку. Ну и на улице мы не находились больше десяти минут, поэтому нормально.

— В России много где так же сурово, как в Норильске, но мини-футбол непопулярен. Не обидно?

— Я больше скажу — так не только в России, но и во всем мире, кроме Бразилии, наверное. Там и команд много, на игры ходит минимум по пять-десять тысяч зрителей. У нас, к сожалению, не так. При том, что российский чемпионат считается одним из лучших, и сборная неплохо выступает.

— Главный тренер «Новой генерации» Вадим Яшин очень тепло о тебе отзывается. Кто он для тебя?

— Считаю его своим другом. Он увидел что-то во мне, поверил в меня. Молодые прогрессируют под его руководством. Я узнал многое не только о футболе, но и о жизни. Благодаря ему я сейчас в «Уфе». Мне вообще в жизни попадаются добрые люди. Удивляюсь, потому что таких в России немного — люди не помогают тебе просто так, ждут чего-то взамен. У меня не так.

«Первые пять минут против ЦСКА был в шоке — не понимал, что происходит»

Вадим Яшин: «Я работал в «Уфе» главным тренером в 2007–2008 годах, когда Шамиль Газизов был президентом мини-футбольного «Динамо-Тималь» из Уфы. С тех пор и знакомы.

Этим летом набрал Газизову и порекомендовал Эгаша: «Есть интересный парень, с качествами для большого футбола, сильный характер. Нужно посмотреть». Обычно к таким вопросам отношусь очень трепетно: если в ком-то не уверен, лучше не буду ничего делать. Здесь я был уверен процентов на девяносто девять: у Эгаша получится, все будет хорошо.

Расставаться с ним было грустно — но мы сами так решили. Эгашу надо развиваться, и держать его мы не видели смысла — хотя контракт у него был еще на два года».

— В мини-футболе у меня получалось, чувствовал себя хорошо — но захотелось покинуть зону комфорта, попробовать новое, — объясняет свой трансфер Касинтура. — И все-таки большой футбол популярнее.

Сейчас я мало его смотрю, а в детстве проводил по восемь-десять часов у телевизора.

— За кого болел?

— За «Фламенго».

— Почему именно «Фламенго»?

— По бесплатном госканалу в Анголе показывали в основном Португалию и Бразилию. Однажды в детстве попал на игру «Фламенго». Они проигрывали, а на трибуне сидели такие же маленькие дети, как я, и плакали. Но дальше поддерживали команду. Это зацепило. Даже сейчас слежу, ночные матчи могу пересматривать на следующий день.

В Европе нравятся «Барселона» и «Порту» — причем еще до победы в Лиге чемпионов в 2004-м. Там выделялись Деку, Бенни МакКарти, Витор Байя, помню Дмитрия Аленичева. Уже потом — Халка и Фалькао.

— У тебя были другие варианты в большом футболе, кроме «Уфы»?

— Нет, никогда. Такого почти не бывает — чтобы команда из Премьер-лиги хотя бы просматривала футболиста из мини-футбола. С «Уфой» получилось.

— Ты попадаешь в заявку на матч с ЦСКА и выходишь на 15 минут в конце второго тайма. Что происходит внутри?

— Первые пять минут на поле был в шоке — не понимал, что происходит. Потом стало легче. Стукалов перед выходом настраивал меня, поддерживал, попросил взять игру на себя — обыгрывать, создавать моменты, зарабатывать стандарты. К сожалению, ничего не получилось. Не страшно, дальше намного лучше будет.

— Яшин говорил, что ты был немного в шоке от того, какой большой объем работы приходится выполнять в «Уфе».

— Да, думал, что после мини-футбола будет намного проще в физическом плане. Оказалось наоборот. Даже сейчас не чувствую себя физически готовым, чтобы играть на сто процентов возможностей. Адаптация к большому футболу еще идет — некоторые вещи надо менять.

Повлиял еще тот фактор, что я не поехал с командой на сборы в Австрию. У меня тогда была защита диплома.

— Как диплом защитил?

— Слава Богу, с учебой закончил, все нормально. На «четыре» защитился.

Последние два года я учился заочно. Всем нам помогали — не только мне как иностранцу и футболисту. Обычно у заочников есть работа или еще что-то, преподаватели сами все понимают. И друзья помогали. Мне было сложно совмещать футбол и все эти занятия, работы, экзамены. Сильно уставал.

«Однажды готовил макароны с курицей — макароны у меня получились розовыми»

— Ты в Уфе один или с девушкой?

— Сейчас один.

— Не скучно одному?

— Бывает: не знаю, что здесь можно делать. Но я уже привык. За последние два года это первое время, когда все внимание сконцентрировано только на футболе.

В свободное время общаюсь с братом — он тоже хочет приехать в Россию учиться. Смотрю ютуб, всякие бразильские стенд-ап шоу, подкасты. Раньше нравилось шоу «Импровизация», почти каждый день смотрел его. Сейчас особо ничего не смотрю. Из комиков нравился один, самый высокий.

— Антон Шастун.

— Да, вот он мне нравился.

— А из музыки что любишь?

— Могу американских исполнителей послушать, латиноамериканскую музыку. Дома как раз больше веселые песни в стиле латина. Бывает и рэп, но очень редко.

— Русский рэп?

— Нет-нет, иностранный, ха-ха. Русский слушаю только тогда, когда его кто-то включает. Не мое.

— А как тебе русская кухня?

— Здесь все другое. Я люблю пельмени. Еще борщ очень нравится, но, говорят, что это украинская кухня. А так я почти все ем. Единственное — макароны не люблю, не знаю, почему.

За время в России я и сам научился готовить. В семье я предпоследний по возрасту, готовить для всех не приходилось. Помню, впервые я делал как раз макароны с курицей, и макароны у меня получились розовыми — как это произошло не знаю, ха-ха. А сейчас спокойно любое блюдо могу сделать.

— А главное блюдо наших студентов — «Доширак»?

— Никогда его не пробовал. Просто не могу есть такое, ха-ха. Всегда смешно, когда кто-то из знакомых покупает это и говорит, как вкусно. Не знаю, сомневаюсь. И это больше для ленивых.

— Чего тебе не хватает в России больше всего?

— Если про еду — то в России фасоли мало, а в Анголе ее все готовят, и не так, как здесь. Ну и, конечно, семьи не хватает, вот этого чувства, когда находишься в окружении близких.

Культура тоже отличается. В Анголе менталитет другой, более дружественный. Если в России идешь по улице и не знаешь людей вокруг, то спокойно проходишь мимо. А у нас здороваются даже если не знаком с человеком — можешь начать общение сразу. Такого иногда не хватает.

— Какие у тебя мечты?

— Сейчас главное — побыстрее адаптироваться и доказать игрой: взять меня в команду — не ошибка. И хочу помочь «Уфе» что-то выиграть.

— Где бы хотел поиграть?

— В России — наверное, «Краснодар»: сам город для меня как родной. И большинство моих знакомых в России живут там.

— А в идеале? «Фламенго»?

— Конечно. Во «Фламенго» я бы даже бесплатно играл!

Скачать приложение Sport24 для Android

Скачать приложение Sport24 для iOS